Оксфорд и Кембридж. Непреходящая история  - Петер Загер

На стенах – картины, сопровождавшие Леонида Пастернака на долгом пути из Москвы в Оксфорд: портреты, интерьеры, натюрморты, большинство – рисунки простым карандашом или мелом, но есть и пастели, и картины маслом. Некоторые из лучших портретов – портреты друзей: Толстого, Рахманинова, Эйнштейна, Рильке. Картины русского экспрессиониста преды дущего перед Малевичем поколения несколько академичны, но при этом искрятся цветом, яркостью мгновений частной жизни, вырванных из-под власти Ленина, чей незавершенный портрет стоял на мольберте восьмидесятитрехлетнего ху дожника.

В частном доме-музее сегодня живет внучка Леонида Пастернака Анна Пастернак-Слейтер, член колледжа Св. Анны, супруга поэта и дона Крейга Рейна, который, опасаясь за сохранность собственного покоя, написал: «Лучше всего было бы, если бы музей посещали исключительно исполненные немого восхищения миллионеры без мочевого пузыря, которым не нужен туалет и которые расплачиваются за открытки золотыми слитками, небрежно бросая при этом: ‘Сдачи не надо!’»

Напротив Парк-тауна, на другой стороне Бэнбери-роуд, расположен Сент-Хьюз-колледж, один из четырех в прошлом чисто женских. Он разместился в северном Оксфорде в конце xix века. Элизабет Вордсворт, внучатая племянница поэта, основала колледж Сент-Хьюз в 1886 году; он носит имя Св. Хьюго, средневекового епископа Линкольнского. Первые тридцать лет существования колледжа студентки провели в съемных квартирах, пока в 1916 году не получили в свое распоряжение новое здание на Сент-Маргарет-роуд – первый колледж, построенный для девушек.

Право же, выпускницы этого колледжа гораздо интереснее, чем его неогеоргианская архитектура: например, Аун Сан Су Чжи, правозащитница из Мьянмы и лауреат Нобелевской премии мира. Ее муж Майкл Эйрис был специалистом по Тибету в соседнем колледже Св. Антония, но когда в 1999 году он умер, военные власти Мьянмы не разрешили вдове, много лет прожившей на родине под домашним арестом, выехать на похороны.

Колледж Св. Антония, расположенный на Вудсток-роуд несколько ближе к центру, представляет собой еще один кладезь интеллектуальных сил университета. Там обучаются те, кто уже имеет ученую степень. Колледж достаточно новый, соответственно бедный и весьма своевольный, чтобы писать свое название без третьей буквы «н». На самом деле, он должен называться колледж Св. Антонина в честь своего основателя Антонина Бессе, французского бизнесмена, не окончившего даже школу и потому искренне полагавшего, что Энтони – просто перевод его имени на английский язык.

Колледж открылся в 1950 году и поначалу работал в мрачной викторианской атмосфере бывшего аббатства, часовня которого стала библиотекой. С тех пор у колледжа появилось несколько новых зданий, в том числе и Ниссанский институт японистики.

Академическая специализация колледжа Св. Антония весьма необычна – это политика, экономика и история определенных регионов мира: Западной и Восточной Европы, России, Ближнего Востока, Японии, Китая, Африки и Латинской Америки. «Наша высшая школа в большей степени, чем другие колледжи, приспособлена для подготовки исследователей в области международных отношений», – сказал мне Ральф Дарендорф, до 1997 года бывший ректором колледжа Св. Антония. И добавил: «Золотой треугольник – Оксфорд, Кембридж, Лондон – превзойти очень трудно. Во всяком случае немецкая система университетского образования не предлагает альтернативы – традиция высшей школы в Германии рушится».

Великий либерал, гражданин мира и покоритель границ, лорд Дарендорф внес существенный вклад в упрочение международной славы своего колледжа, среди выдающихся умов которого обретается в том числе и эксперт по Восточной Европе Тимоти Гэртон Эш. Получив место приглашенного профессора в колледже Св. Антония, немецкие историки оказываются на острие немецко-английских отношений. И им предстоит сделать еще немало, чтобы изменить к лучшему образ krauts и huns в восприятии британцев («кислая капуста» и «гунны», как презрительно называют немцев в Великобритании).

Расположенный по соседству колледж Св. Анны, пионер женского образования, с 1979 года принимает также студентов-мужчин. Stan’s, как с тех пор именуют его молодые люди, подготовил впечатляющую по разнообразию палитру образованных женщин: среди его выпускниц гламурная писательница Тина Браун и монашка-беллетристка сестра Венди Беккет; женщины-политики Эдвина Керри и баронесса Янг, первая женщина, возглавившая Палату лордов; поэтесса Элизабет Дженнингс и химик Мэри Арчер, специалист по солнечной энергии и скандально известным мужчинам вроде Джеффри Арчера. Так что пусть блочная архитектура колледжа Св. Анны вас не пугает. В конце концов с противоположной стороны Вудсток-роуд давно уже манит Башня ветров.

Обсерваторией Редклиффа называют эту классическую башню, совершенно не похожую на обсерваторию. Вместо традиционного купола ее венчают свинцовые фигуры, Геракл и Атлант, которые держат глобус цвета медного купороса. Два длинных одноэтажных корпуса по сторонам восьмиугольной башни; бельэтаж разделен ионическими пилястрами, а над окнами – рельефные изображения знаков зодиакального круга. Строительство университетской обсерватории, первого в Оксфорде здания в духе греческого возрождения, началось в 1772-м и завершилось в 1794 году (Джеймс Уайетт). Как и в эллинистическом прообразе Башни ветров в Афинах, вокруг кровельного карниза парят Борей, Зефир и остальные крылатые воплощения ветров: восемь каменных барельефов Джона Бэкона, автора скульптурной группы с Атлантом. Вплоть до 1935 года в благородном восьмиугольнике Джеймса Уайетта размещались телескопы. Сейчас Обсерватория Редклиффа принадлежит основанному в 1979 году Грин-колледжу, учебному заведению для бакалавров с упором на медицину. Его основатели – Ида и Сесил Грины – производители чипов для мобильных телефонов из Далласа (Texas Instruments).

Между Грин-колледжем и Сомервилл-колледжем находится госпиталь Редклиффа, носящий, как и обсерватория, имя главного спонсора, Джона Редклиффа. Классически строгое здание старейшей в Оксфорде больницы (1759–1770) с архитектурной точки зрения гораздо примечательнее, чем все пристройки, возводившиеся безо всякой системы в последующие столетия, пока в 1979 году в пригородном районе Хеддингтон не открылась современная клиника JR2. Несмотря на то что здесь собрался цвет медицины Оксфорда, многие ушли отсюда прямиком «через Иордан» (иными словами, отошли в мир иной). Мы же пока отправимся в Иерихон.